Александр Дж. Гиффорд «Мы выступаем за русскую культуру»

Александр Дж. Гиффорд — художественный руководитель Marylebone Theatre. Он вырос в Лондоне, в семье британо-иранского происхождения. Получив педагогическое и актёрское образование, он организовал театральную программу Peace through the Performing Arts для молодых людей Израиля и Южной Африки, пострадавших от конфликта. Впоследствии он основал труппу Gloucester Theater Company, которая представила известные версии постановок «Гамлет», «Отелло», «Лев, колдунья и волшебный шкаф» и «Таинственный сад». Александр также перевел в литературном стиле три пьесы Рудольфа Штейнера.

Маргарита Багрова, главный редактор Afisha.London, поговорила с Александром о его карьерном пути, буднях художественного руководителя и, конечно же, о новой пьесе «Дмитрий», которая будет показана в Marylebone Theatre с 29 сентября по 5 ноября.

 

— Александр, у вас впечатляющая творческая карьера. Вы работали в киноиндустрии, занимались модельным бизнесом, а потом профессионально пришли в театр. Расскажите нам об этом подробнее.

— Когда мне было 18, меня заметил Жан-Поль Готье. Он похлопал меня по плечу на Кенсингтонском рынке и раз! — две недели спустя я был на подиуме в Париже, работал плечом к плечу с лучшими супермоделями того времени, такими как Хелена Кристенсен и другие. Это были времена Марио Тестино, с которым мне повезло работать. Я также снялся в большом англо-индийском фильме с несколькими замечательными актёрами — и всё это произошло до того, как я поступил в университет. Там я изучал английскую литературу, стажировался и профессионально работал актёром. Потом я увлёкся писательством, режиссурой и духовными вещами. Позже в течение многих лет мы с моим другом Адрианом создавали театральные проекты с социальным, благотворительным уклоном в Южной Африке и Израиле.

В конце концов нас пригласили управлять театром в Глостере. Я ставил спектакли, руководил общественными проектами, занимался сбором средств и, конечно же, участвовал во всех других аспектах жизни театра. За это время я очень увлёкся работами Рудольфа Штейнера, одного из величайших мыслителей и провидцев XX века. Его работы произвели на меня большое впечатление, и удивительно, что Rudolf Steiner House в Лондоне решил отремонтировать и перезапустить свой театр, для чего им был нужен художественный руководитель. Я получил работу и сразу же предложил переименовать театр в Marylebone Theatre.

 

 

— Классический театр находится под натиском современных цифровых технологий, в том числе быстрорастущего сектора цифровых развлечений. Новые технологии создают сложности для вас как художественного руководителя традиционного театра?

— Сегодня создание театра — это акт сопротивления направленности нынешней культуры, которая так сильно обращена к экрану. Много денег в театре уходит на мюзиклы, так что поставить серьёзную драму сложнее с точки зрения получения прибыли и привлечения зрителей и актёров. Многие актёры хотят сниматься в кино и на телевидении. С другой стороны, я должен отметить, что в Британии очень глубокая театральная традиция, и работа в театре приносит явное удовлетворение творческим людям. Эта профессия по-прежнему пользуется огромным спросом, поскольку люди согласны на более низкую оплату. Сейчас новые технологии не являются для нас непосильной задачей. В моём театре мы собрали блестящую творческую команду, и я с удовольствием принимаю этот вызов.

— Расскажите о вашей ежедневной работе в качестве художественного руководителя.

— Я создаю программу театральных мероприятий. Моя работа состоит в том, чтобы установить идентичность, сформировать видение, связанное с Рудольфом Штейнером, и убедиться, что всё, что мы делаем, является частью этого. Я очень рад и горжусь этим, потому что идеи Штейнера были новаторскими и дальновидными. Всего год назад это место выглядело скорее как общественное место. Сейчас, после реконструкции, это настоящая профессиональная площадка. Мы многое сделали, чтобы поднять театр на новый уровень и начинаем привлекать топовых актёров. Нас поддерживают несколько знаменитостей и видных деятелей британского театра и кино, например, Марк Райлэнс, Кеннет Брана и Дерек Джейкоби.

 

 

— Вы открываете театр интересной пьесой «Дмитрий». Поделитесь подробностями сюжета (без спойлеров, разумеется!).

— Это история о Лжедмитрии, молодом человеке, который в 1605 году объявил себя пропавшим без вести сыном Ивана Грозного и убедил польский парламент поддержать его, возглавить армию, чтобы взять Москву и свергнуть правящего царя Бориса Годунова. Это отправная точка нашей истории. Кем был этот юноша? Какие силы его поддерживали? Какова была ситуация в России в то время и говорит ли это как-то о ситуации в России сейчас? Мы думаем, что да. Есть интересная параллель, которую тонко исследует пьеса.

— Вы выбрали эту пьесу для открытия своего театра из-за нынешней ситуации с Россией?

— Нет. Это совпадение. Мы решили поставить пьесу год назад, потому что Рудольф Штейнер писал о Дмитрии в последние годы своей жизни. Он говорил, что люди должны понять, кто такие истинный Дмитрий и Лжедмитрий и что произошло. Он указывал, что истинный Дмитрий мог бы повести Россию в другом направлении. Его смерть стала настоящей трагедией для России и привела ко многим проблемам, с которыми она потом сталкивалась на протяжении многих лет, в том числе и к коммунизму.

Автору, Питеру Освальду, назад поручили написать эту пьесу для Национального театра около 12 лет. Но Национальный театр так и не поставил её. Когда я получил работу тут в театре и Питер сказал мне, что у него есть эта пьеса, я очень заинтересовался, но чувствовал, что над ней нужно хорошо поработать. Мы начали работать над сценарием и кропотливо разрабатывали его больше года. Я думаю, мы сделали очень мощную драму. Эта история первоначально была рассказана немецким писателем Шиллером, чьи произведения «Мария Стюарт» и «Дон Карлос» Питер переводил ранее.

 

 

— Как вы связаны с русской культурой?

— Ещё в подростковом возрасте я влюбился в русскую литературу: Достоевский, Толстой, Чехов. Также Штейнеру было что сказать о России. Он отмечал возможное будущее России как культуры, способной породить самые прекрасные социальные условия. Русских он называл народом Христовым. Он говорил, что они по своей природе очень духовны, что предрасполагает их к созданию любящих социальных условий; и это могло бы стать возможностью в будущем человечества. Но из-за этой особенности русский народ стал и особенно уязвимым. Коммунизм был своего рода попыткой сбить Россию с её истинной истории, с её истинного пути в будущее. Когда я встречаюсь с русскими людьми, возникает ощущение красоты и врождённой одухотворенности и утончённости, а затем возможность испорченности этого.

— «Дмитрий» — незаконченная пьеса Шиллера. Использовали ли вы какие-то идеи немецкого автора при создании своей версии?

— Шиллер писал заметки о том, как должна закончиться пьеса, но я должен сказать, что мы не придерживались этого. Мы сделали совершенно другую версию, она вышла из-под пера Питера как автора и моих обсуждений с ним.

— Это не историческая постановка, что-то вроде фантазии?

— В какой-то степени. Это захватывающий триллер. Можно даже назвать это политическим триллером: убийства и сражения.

 

 

— Тим Саппл привнёс что-то экстраординарное в эту историческую пьесу?

— Тим — очень авторитетный режиссёр в Британии. Он был художественным руководителем Young Vic. Почти год назад у нас было чтение пьесы. К тому времени мы с Питером много поработали над ней: у нас было 12 актёров за столом, и Тим был приглашен. И это был важный момент для меня, потому что Тим — выдающийся режиссёр. Я был в восторге от того, что он пришёл, и ещё больше в восторге от того, что после прочтения ему понравилось. Он также хотел поработать над сценарием. Он стал третьим звеном в рабочем треугольнике. Питер, я и Тим, мы работали над сценарием и постановкой, а Тим привнёс в это свой гениальный дальновидный взгляд. Он привёл своих коллег, все люди высшего уровня: художников по свету, сценографов. Вы можете представить постановку в стиле Вест-Энда с точки зрения декораций, освещения и костюмов. Это будет великолепная, блестящая постановка, потому что за ней стоит Тим.

— Сколько актёров задействовано в спектакле?

— 17 актёров. Двое из них — дети.

— Как долго вы репетировали?

— Всего шесть недель. Мы не хотели бы так работать. Это определённо не то, как Тим привык работать. Он привык к гораздо более длительным репетиционным периодам. Но в современном мире театрального искусства вы просто не можете себе этого позволить.

 

 

— Когда началась война между Украиной и Россией, вы почувствовали, что ваша пьеса станет более острой для зрителей?

— Да. Я должен сказать, что даже до вторжения в Украину, я думаю, многие из нас считали Россию назревающей проблемой. Эта ситуация не возникла из ниоткуда. В течение многих лет мы все задавались вопросом, что произойдет, и чувствовали, что существует угрожающая миру напряжённость между Россией и миром, Россией и Западом.

Некоторые люди думали, что нам не следует ставить пьесу. Говорили, что никто ничего не хочет слышать о России. Все ненавидят Россию.

Что ж, сомнений у нас не было. Мы чувствуем, что русская культура и нынешнее политическое руководство России — вещи противоположные. Ставя спектакль, мы отстаиваем русскую культуру. Могу сказать, положа руку на сердце, что мы любим русскую культуру, мы делаем это из любви к истинной России в противовес ложной России, которую представляет нынешнее руководство. Это сделало нас более смелыми и решительными, чтобы поставить эту пьесу. И Тим чувствует, что эта постановка прямо говорит о том, что происходит в данный момент. Это важная театральная постановка, которую нужно увидеть сейчас.

— Какие у вас планы после этой постановки?

— У нас есть программа целого первого сезона, вы можете увидеть её на нашем сайте. Там есть действительно хорошие музыкальные концерты, в том числе исполнение песен Шиллера 10 ноября. Поэтический спектакль The Waste Land от T.S. Eliot. Потом у нас будет рождественское шоу. В настоящее время я занимаюсь программой следующего сезона, поэтому я собираю новые постановки, которые мы будем делать.

— Надеемся увидеть и другие постановки, связанные со славянской культурой!

— Я очень ищу такие проекты и открыт для них. Версия «Братьев Карамазовых» — я видел одну, думаю, она может быть интересной.

 

Пьеса «Дмитрий»

 

 


Читайте также:

В Лондоне состоится показ постановки «Дмитрий» по неоконченной пьесе Шиллера

Михаил Резникович «Каждый должен заниматься тем, в чём он профессионал»

Книги, вечерние шоу и бальные танцы: чем занимаются политики Великобритании после отставки?

error: Content is protected !!
Afisha.London

БЕСПЛАТНО
ПОСМОТРЕТЬ