Герман Сегал: «Самое трудное в профессии актёра — каждый раз ждать, что кто-то снова выберет именно тебя»

Его путь в британское кино не похож на случайную удачу. Несколько лет Герман Сегал оплачивал подписку за британскую актёрскую платформу Spotlight, не получая ни одного утверждения. Продолжал писать агентам, которые почти никогда не отвечали. Проходил один этап кастинга за другим, ждал месяцами во время пандемии и впервые приехал в Лондон только тогда, когда уже был утверждён на роль в сериале Питера Космински. Сегодня Герман Сегал живёт в Великобритании, снимается в крупных международных проектах, работает с United Agents и готовится к выходу второго сезона The Undeclared War на Channel 4. Маргарита Багрова, основатель журнала Afisha.London встретилась с Германом, чтобы поговорить о британской киноиндустрии, росте в профессии, в которой талант — лишь одна из составляющих успеха.

Этот материал есть на английском языке

— Когда сегодня оглядываетесь назад, кажется ли вам, что всё происходящее было закономерным? Или иногда всё ещё возникает ощущение невероятного совпадения? Если бы несколько лет назад вам сказали, что вы будете сниматься у Питера Космински рядом с Саймоном Пеггом, поверили бы?

— Наверное, поверил бы. Я всегда хотел работать на Западе как актёр и довольно рано понял, что хочу двигаться именно в эту сторону. Поэтому, услышав такое предсказание, я бы, скорее всего, сказал себе: «Молодец, всё правильно делаешь!». Конечно, я был бы счастлив узнать, что мечта сбывается, но сама мечта существовала давно — это не было внезапно возникшим желанием.

Telegram канал

— Ваша фамилия и даже имя для британского уха звучат почти как готовая актёрская легенда. Вас редко сразу принимают за человека из России?

— Почти никогда. Обычно люди не понимают, что я русский, пока я сам об этом не скажу. Сегал — еврейская фамилия; насколько я знаю семейную историю, она идёт по линии прадеда, которого эвакуировали во время Второй мировой войны. Есть и забавная история с моим именем. По-английски German означает «немец», и иногда бывают случаи, когда кастинг-директора ищут актёра на роль немца, видят моё имя и думают: “вот, прекрасный кандидат!”, и зовут меня на кастинг.  Русский акцент у меня довольно мягкий, поэтому англичане при общении тоже нередко принимают меня за немца или другого европейца. Так что имя иногда буквально помогает мне попадать на немецкие роли.

Читайте также: Свобода придумывать. Разговор с Дмитрием Крымовым

Фото: Tatiana Keating

— Вы окончили Школу-студию МХАТ, институцию с очень сильной традицией и репутацией. Откуда после этого возникло желание ещё раз учиться, уже в Royal Central School of Speech and Drama?

— На самом деле желание работать в Англии появилось раньше. После МХАТа я жил в Москве и пытался понять, как вообще устроен путь в международную индустрию. Следил за актёрами, которым удалось выйти на западный рынок, изучал кастинговые платформы, писал агентам. Я зарегистрировался на Spotlight — главной британской профессиональной платформе для актёров. Большинство проектов там рассчитаны на людей, которые уже находятся в Великобритании, но мне было важно оставаться видимым для этой индустрии. Долгое время результатов это не приносило, но я всё равно упорно продолжал оплачивать подписку. И вот однажды пришло приглашение на пробы в сериал The Undeclared War: создатели искали русского актёра с хорошим английским.

— То есть первый большой британский кастинг вы проходили, находясь в Москве?

— Да. Сначала были самопробы: записываешь сцену дома и отправляешь. Потом ещё один этап, ещё один — и долгие месяцы ожидания между ними. Началась пандемия, процесс растянулся примерно на полтора года. В какой-то момент ожидание стало почти невыносимым. Затем был Zoom с Питером Космински и очные пробы в Москве, на которых сам Питер присутствовал удалённо. Нас попросили надеть наушники, чтобы после каждого дубля он мог давать указания прямо в ухо. Это был очень странный и одновременно удивительный опыт: ты находишься в московской студии, режиссёр — в Англии, ты слышишь его комментарии в своих AirPods, делаешь всё по мере сил в кадре, и несмотря ни на что возникает рабочий процесс. После этих проб меня утвердили.

https://afishalondontickets.com/events/art-zavtrak-frida-kalo-kak-xudoznica-stala-ikonoi

— И в Англию вы впервые приехали уже как актёр, получивший роль?

— Именно так. До съёмок я ни разу не был в Великобритании. В 2021 году я приехал на четыре месяца работать над первым сезоном – мы снимали в Уэльсе и Бристоле. Это был один из самых невероятных опытов в моей жизни: жить в новой стране, сниматься на английском языке, быть частью большой и классной команды.  После окончания проекта мне пришлось вернуться в Россию — та рабочая виза была рассчитана только на период съёмок. Но к тому моменту я уже понимал, что хочу переехать и продолжать карьеру здесь. А после начала войны в 2022 году стало ясно, что решать этот вопрос нужно как можно быстрее.

Читайте также: Мировые звёзды в театрах Лондона в 2026: где увидеть Кейт Бланшетт, Киру Найтли, Рэйфа Файнса и Тильду Суинтон

— Учёба в Central была прежде всего способом получить визу и войти в индустрию — или вы действительно почувствовали потребность снова оказаться в школе?

— Сначала практическая сторона, конечно, существовала: студенческая виза давала возможность переехать и постепенно встроиться в новую среду. Но я очень рад, что в итоге проучился там год в магистратуре. Оказалось, что это не повторение МХАТа, а совершенно другой опыт. В Школе-студии учат очень жёстко — в этом есть огромная сила, но порой отношение к студенту может быть слишком строгим и даже брутальным. В Central было меньше давления. Не легче в смысле требований, но свободнее психологически. Это позволило мне раскрыться по-другому, попробовать то, на что в более жёсткой системе, возможно, не решился бы. Плюс ежедневная работа на английском и знакомства с людьми из разных стран и театральных культур. С сентября 2022 года я живу в Лондоне, сейчас у меня виза Global Talent.

Фото: Tatiana Keating

— В актёрской среде существует почти мифологизированный вопрос: как найти агента? Он действительно может изменить карьеру — или сначала всё равно должен появиться проект, который заставит агента обратить на вас внимание?

— Сильный проект меняет всё. До съёмок я сам активно писал агентам: рассказывал, что окончил Школу-Студию МХАТ, отправлял фотографии, материалы. Так делают многие. Но крупные агентства получают сотни писем, и если в теме письма нет чего-то действительно весомого — условно, главной роли у большого режиссёра, — вас легко не заметить. Небольшие агентства отвечают проще, могут предложить созвон если ты в другой стране,  но мне хотелось сразу найти сильного агента, а заинтересовать их на тот момент не получалось. Как только меня утвердили в The Undeclared War, ситуация изменилась мгновенно: вдруг сразу несколько ведущих агентств сами захотели со мной встретиться, и в итоге у меня было несколько предложений о сотрудничестве . В итоге я выбрал United Agents — одно из крупнейших агентств Великобритании.

https://afishalondontickets.com/events/art-zavtrak-na-vyezde-gollandiia-kollekcionerov

— Получается, агент приходит не в тот момент, когда актёр особенно нуждается в помощи, а тогда, когда у него уже появилась профессиональная ценность?

— В какой-то мере, да. Агенту важно понимать, что актёра можно предлагать индустрии, что он будет востребован на проектах и это наиболее явно, когда ты уже снимаешься в хорошем проекте. Помимо поиска предложений для актёра, агент ведёт переговоры, защищает интересы своих клиентов, а также советует в выборе ролей. В Великобритании агент получает комиссию с работы актёра, которая обычно составляет около 12,5%.  В рекламе процент может быть выше. Если агентство требует регулярную оплату просто за присутствие на его сайте, это, скорее, тревожный сигнал. Нормальный агент зарабатывает только тогда, когда зарабатывает его актёр.

Читайте также: 10 лучших пекарен Лондона: от классики до гастрономического авангарда

Фото: Channel 4 / Playground Entertainment

— Ваш пример легко превратить в историю о том, что «вода камень точит». Но актёрская профессия, кажется, жестока именно тем, что настойчивости недостаточно: вас всё равно должен выбрать кто-то другой.

— Это, пожалуй, самое трудное. Очень много факторов должно совпасть. Ты можешь быть прекрасным актёром, замечательно пройти пробы, но оказаться чуть моложе или старше, чем нужно, не совпасть с другим исполнителем по росту, не соответствовать представлению режиссёра о семье героя, и т.д. Есть вещи, на которые ты не можешь повлиять. В моём случае с моим персонажем в The Undeclared War Вадимом Трусовым сошлось многое: возраст, внешность, язык, понимание материала, сами пробы. В каком-то смысле действительно сошлись звёзды. Но, чтобы это совпадение произошло, нужно оставаться в профессии, продолжать учиться и быть готовым к моменту, когда шанс появится.

Читайте также: Хорошие фильмы о шпионах и те, которые лучше не смотреть

— Во втором сезоне вам уже не пришлось снова доказывать право на собственного героя?

— Нет. Если персонаж продолжает свою историю, повторный кастинг обычно не проводится. Новых героев, конечно, ищут отдельно. Во втором сезоне, например, к нашему касту присоединились актёры Шан Брук и Дэнни Сапани. Актёрам с большим статусом роль могут предложить сразу, без проб. Но для большинства кастинг остаётся постоянной частью жизни.

— В массовой культуре русский хакер давно превратился почти в самостоятельный жанр. Когда вы впервые прочитали описание Вадима Трусова, не возникло опасения, что вам предлагают очередной набор узнаваемых клише?

— Напротив, ещё в первом письме было понятно, что Вадим — не функция сюжета и не просто «хакер ФСБ». Это человек, который хочет быть художником, хочет реализоваться как творческая личность, но семья заставляет его идти в программирование. В основе героя лежит очень понятный конфликт: чего хотят от тебя родители и чего хочешь ты сам. У Вадима сложные отношения с отцом, связанным с производством оружия; Вадим крепко связан со своей семьей и одновременно внутренне восстаёт против своих родителей и тех ценностей, которые они олицетворяют. Мне понравилось, что он написан не как привычный «злой русский», а как живой человек, у которого есть страхи, амбиции, талант,  любовь, чувство вины и невозможность сделать безупречный выбор.

ART-завтрак: "Гобелен из Байё: как одна битва изменила Британию"

— Питер Космински часто говорит о политике через частную человеческую драму. Вадим оказывается между государством, семьёй и собственным представлением о правильном. Насколько эта внутренняя ловушка была вам понятна лично?

— Мне это очень понятно.  К счастью, я не проживал всё то, через что проходит Вадим, но, как человек из России, хорошо чувствую конфликт между тем, чего от тебя требует система, и тем, чего хочешь ты сам. Мне были близки его семейные отношения и романтическая линия с героиней Тинатин Далакишвили. Некоторые сцены я читал с ощущением, будто отдельные детали писали с меня. Поэтому в работе над ролью мне не нужно было ничего придумывать – скорее, узнать в персонаже себя и “отдать” ему часть своего личного опыта.  Я действительно многое туда привнёс от себя, хотя не хотел бы разбирать по пунктам, что именно.

Фото: Tatiana Keating

– В таких проектах актёр становится не только исполнителем роли, но и своеобразным консультантом по культуре. Приходилось ли вам спорить со сценарием или режиссёром, чтобы сохранить достоверность русской среды?

— Я был довольно активно вовлечён. В первом сезоне есть сцены на английском и на русском, потому что часть действия происходит в Петербурге. Питер писал текст по-английски, затем его переводили, но формально правильный перевод ещё не всегда звучит как живая речь. Я предлагал менять реплики и действия персонажей в сценах. Мне было важно, чтобы в русских сценах не было фальши. Была, например, небольшая деталь, которую мы сняли, хотя она, кажется, не вошла в финальный монтаж: В офисе ФСБ стоит санитайзер, но флакон пуст. Его поставили, потому что положено, а потом никто не следил, работает ли он. Мне показалось, что это очень узнаваемая деталь — не карикатурная, а почти бытовая.

Спектакль «Скамейка»: по знаменитой пьесе Александра Гельмана

— Для роли хакера вы искали примеры в кино или, наоборот, старались не смотреть на уже сыгранных персонажей, чтобы не начать невольно копировать?

— Обычно я стараюсь не брать чей-то готовый актёрский образ. Особенно если речь идёт о роли, которую уже много раз играли, например Шекспира: слишком легко начать воспроизводить чужие решения. Для меня важнее понять внутреннюю логику героя и то, о чём он говорит. Поэтому я общался с очень опытными программистами, показывал им русские реплики, уточнял профессиональные термины. Они объясняли, где перевод звучит неестественно и как в реальной среде называют ту или иную вещь. Я всегда начинаю с анализа текста: что произошло до сцены, что будет после, чего герой хочет, почему произносит именно эти слова. Актёру недостаточно выучить слова — нужно понять, откуда они возникают. При этом я всё-таки немного посмотрел сериал Mr. Robot с Рами Малеком. Не чтобы копировать его работу, а чтобы увидеть, как  можно сделать визуально интересной сцену, в которой человек долго работает за компьютером.

Читайте также: Экранизации Шекспира: подборка фильмов по произведениям гения

Слева направо: Ed Stoppard, Collin Callender, Millicent Wong, German Segal, Hannah Khalique-Brown, Simon Pegg, Danny Sapani, Siân Brooke, Gavin Spokes, Tom McKay. Фото: Channel 4

— После 2022 года русское происхождение в международной индустрии перестало быть нейтральной биографической деталью. Вы почувствовали, что отношение к вам изменилось?

—На этот вопрос сложно ответить просто «да» или «нет» В каком-то смысле мне повезло: на тот момент меня мало что связывало с жизнью в России  , поэтому я мог собрать чемодан и начать строить жизнь в Англии. При этом Россия постоянно присутствует в новостях и, следовательно, в сценариях. Русские персонажи никуда не исчезли, кастинги продолжаются, а иногда таких историй становится даже больше. Мешает ли моя национальность в работе? Возможно, иногда — но актёру никто не говорит: «Мы не взяли вас, потому что вы русский». Ты просто получаешь отказ и думаешь, что не совпал с ролью. Наверное, даже хорошо, что я не знаю всех причин, иначе появилось бы ещё больше поводов для тревоги.

Читайте также: Лучшие сериалы по британской истории

— Вы почти избавились от русского акцента. Для актёра это попытка расширить диапазон или всё-таки необходимость скрыть происхождение, чтобы не оказаться заложником одного амплуа?

— Для меня это расширение диапазона. Акцент у меня не исчез полностью: слышно, что он европейский, и меня часто принимают за немца или датчанина. Но при необходимости я могу сделать его более русским. Я работал над произношением несколько лет и продолжаю заниматься. Это очень физический процесс. Мы всю жизнь используем определённые мышцы, привычно располагаем язык, челюсть, губы. Чтобы изменить акцент, нужно буквально переучить тело.

1140х300 museumcat.london

— Кто помогает актёру совершить такую перестройку?

— Есть специалисты — accent coach или dialect coach. После первого сезона, ещё вернувшись в Россию, я каждую неделю занимался с британскими педагогами онлайн. С ними работают и носители языка: например, британцу может понадобиться американский акцент, американцу — определённый английский диалект, и так далее. Главная сложность в том, что на площадке ты должен играть свободно. Нельзя одновременно проживать сцену и лихорадочно вспоминать, куда поставить язык. Поэтому сначала требуется огромный объём технической работы, а потом ты должен о ней забыть. Мне этот процесс очень нравится: работа со звуком, с мышцами, с тем, как голос меняет личность.

Фото: Channel 4 / Playground Entertainment

— В первом сезоне режиссёром был Питер Космински, во втором — Пол Макгиган. Как меняется актёрское существование, когда внутри одного проекта появляется другой режиссёрский темперамент?

— Это был очень разный опыт. Питер создаёт пространство любви  и безопасности. На первом сезоне я чувствовал, что могу не беспокоиться ни о чём, кроме своей роли, так как атмосфера на площадке была очень спокойная и уважительная. Даже замечания он давал очень по-британски: сначала долго говорил, что всё прекрасно, а потом мягко предлагал попробовать ещё один вариант. Я никогда не ощущал, что он мне приказывает  — скорее приглашает  к совместному поиску. Он мог поделиться собственным переживанием, рассказать личную историю,  чтобы помочь мне приблизиться к состоянию героя. Это была очень детальная и тонкая работа.

Читайте также: Фильмы о «железной леди» Великобритании — Маргарет Тэтчер

Пол Макгиган устроен иначе. Он меньше общается с актёром на личном уровне и сильнее видит сцену как часть общей кинематографической конструкции: камера, ритм, движение, визуальный результат. Если его всё устраивало, он мог вообще ничего не комментировать по актёрской части. При этом если он давал замечания, то они всегда были очень точными, а на площадке было очень комфортно и много юмора. С Питером опыт был более глубоким и личным, с Полом — больше про саму механику кино и съёмочного процесса . Но оба дали мне ощущение работы с режиссёрами очень высокого уровня.

https://afishalondontickets.com/events/the-lives-of-others

— Мы живём в момент, когда технологию уже учат воспроизводить не только лицо и голос, но и человеческую индивидуальность. Вы чувствуете реальную угрозу профессии актёра со стороны искусственного интеллекта?

— Страх, конечно, существует. Но мне трудно поверить, что технология полностью заменит живую энергию. Театру много раз предсказывали смерть, однако люди всё равно приходят в зал, потому что им нужен непосредственный контакт с другим человеком, который здесь и сейчас рассказывает историю. В кино риск выше: изображение уже опосредовано камерой, и искусственный интеллект может сделать что-то очень похожее на живое. Но мне кажется, зритель всё равно инстинктивно чувствует подмену — видит, что всё как будто правильно, но чего-то не хватает.

Фото: Tatiana Keating

— Со стороны съёмочная площадка кажется пространством постоянного действия. Но актёры часто говорят, что один из главных навыков в кино — умение ждать. Как на самом деле устроен ваш съёмочный день?

— Для актёра съёмки — самое радостное время. Обычно месяцы проходят в ожидании работы, и, когда проект наконец начинается, чувствуешь себя ребёнком, попавшим в магазин сладостей. Если съёмки не в Лондоне, тебе покупают билет, размещают в отеле; при длительной работе могут снять квартиру. Иногда приезжаешь на несколько дней, потом возвращаешься домой и через месяц снова едешь туда же. На площадке нередко нужно быть к семи утра, хотя бывают и более ранние вызовы, и ночные смены. Сначала грим, костюм, завтрак в трейлере, потом ожидание своей сцены. И именно ожидание бывает самым трудным. Ты можешь сняться утром, затем четыре или пять часов сидеть в трейлере, пока работают другие, а вечером снова выйти в кадр. Нужно сохранить энергию, не перегореть и в нужную секунду быть полностью живым. Так что кино — это не только умение действовать, но и умение долго ничего не делать, не теряя внутренней готовности.

revolut.ngih.net/Nk6q07

И напоследок блиц-опрос:

— Что страшнее: кастинг или первый съёмочный день?

— Кастинг. На первом съёмочном дне роль уже твоя, и тебе больше не нужно доказывать, что ты способен её сыграть. К этому моменту есть время подготовиться, прожить материал, найти опору. На кастинге же решение ещё не принято, и от нескольких минут зависит очень многое.

— Режиссёр, с которым вы особенно хотели бы поработать?

— Кристофер Нолан.

— Самый недооцененный актер по вашему мнению 

— Тимоти Шаламе. Он очень известен, но именно из-за популярности некоторые относятся к нему немного снисходительно. Мне кажется, он прекрасный актёр.

— Помните фильм, после которого впервые захотели оказаться по ту сторону экрана?

— В детстве я очень любил Тома Круза. Наверное, особенно первую «Миссию невыполнима». Мне хотелось быть таким же героем: бегать, спасать людей, участвовать в невероятных историях. Возможно, с этого всё и началось.

— Самое красивое место в Лондоне?

— SouthBank — южный берег Темзы, рядом с National Theatre, и вид на Биг Бен оттуда 

— Какая английская привычка уже стала вашей?

— Постоянно извиняться.

— И всё-таки что для вас сегодня означает успех?

— Давать себе право делать то, что любишь, независимо от того, что подумают другие.

Фото на обложке: Andy Go

аркадия лондон 2026

Читайте также:

Фильмы о первой любви, которые нескучно пересмотреть взрослым

Где в Лондоне выпить хороший кофе: гид по лучшим заведениям столицы

Фильмы для всей семьи: что посмотреть на каникулах с детьми