Инженерные чудеса: как появилась лондонская канализация

Культурное достояние, состоящее из 318 миллионов кирпичей, с революционной конструкцией, которая избавила город от невыносимого зловония и эпидемий — лондонская канализация стала не просто инженерным чудом, а ключевой вехой в истории столицы. Отмеченная как одно из семи чудес индустриального мира, она по-прежнему остаётся объектом восхищения. Журнал Afisha.London рассказывает о сложной истории создания лондонской канализационной системы, об известном «Великом зловонии» и о предстоящих инновациях, которые изменят её этим летом.

 

До канализации

Начиная с 1500-х годов, население Лондона начало стремительно расти, ведь люди перебирались из провинций в город за лучшим заработком. Система отведения отходов и получения воды была устроена довольно примитивно: до конца 16 века лондонцы брали воду из колодцев, Темзы и её притоков, а также из больших цистерн. Более обеспеченные горожане заказывали привоз воды у водовозов или даже подводили трубы к собственному дому.

 

 

В 1582 году один предприимчивый голландец Питер Моррис арендовал северный пролёт Лондонского моста и установил там водяное колесо для насоса, которое качало воду сразу в несколько районов города. Со временем появились ещё два колеса, и они проработали вплоть до 1822 года. Новая технология позволяла подавать воду прямо в дома, под которыми у лондонцев были выгребные ямы, и все нечистоты отправлялись прямо в Темзу, что хоть и звучит неприятно, но пока их было немного, река могла растворить их и унести подальше от города.

 

Такое гидротехническое сооружение снабжало лондонцев водой из Темзы с 1581 года. Фото: National Maritime Museum, Greenwich, London

 


Пробы и ошибки

В 17 веке в Лондоне построили более сотни канализационных коллекторов из кирпича, около 200 тысяч выгребных ям и 360 сточных труб. Качество сооружений оставляло желать лучшего: трубы протекали, а метан и другие горючие газы из выгребных ям становились причиной пожаров и взрывов. Рост населения города с 1 до 3 миллионов человек сильно увеличил объём стоков, к тому же были ещё и промышленные сточные воды, отходы со скотобоен, и всё это разными путями попадало в итоге в Темзу.

 

 

Поначалу выгребные ямы чистили золотари, и их содержимое вывозили в северную часть города, где оно использовалось в качестве удобрения на огородах. Когда появились туалеты со смывом, в выгребные ямы сбрасывались не только нечистоты, но и большой объём воды. Очищать их стало всё сложнее, и в 1815 году власти приняли не самое удачное решение, позволив смыть все сточные воды в Темзу, а это означало, что канализация хлынула в реку сразу из 200 тысяч туалетов, скотных дворов, конюшен. Причём канализационные выходы были расположены не ниже по течению реки, а прямо в черте города. А ведь вода использовалась ещё и для питья и стирки белья! Заражённая жидкость способствовала распространению холеры в городе, и болезнь унесла немало жизней, прежде чем люди связали качество воды со здоровьем.

 

 


Состояние главной реки Лондона было ужасным — учёный Майкл Фарадей в 1855 году писал в статье “The State of the Thames” для газеты Times: «Чрезвычайно скверный запах присущ воде повсеместно, полностью тождественный запаху уличных сточных канав; по сути река теперь — большой канализационный коллектор». Достояние Англии — писатель Чарльз Диккенс — в своём произведении «Крошка Доррит» писал о «канализационном коллекторе вместо прекрасной чистой реки», а в письме другу жаловался на сильнейшие нездоровые тошнотворные запахи.

 

Читайте также: Викторианские кошки: как трудяги-падальщики стали домашними любимцами

 

В то же время городские власти никак не могли определиться, как управлять непростой санитарной системой: в 1848 году появилась Столичная канализационная комиссия, которая рекомендовала соединять все выгребные ямы с канализацией и промывать их почаще, чтобы не допустить распространение болезней. Это решение привело к увеличению объёма сточных вод, и стало понятно, что как можно скорее необходимо искать новое решение.

 

 

Комиссия наняла вспомогательным инспектором инженера Джозефа Базалгетта, и он стал составлять план городской канализации. К июню 1856 года специалист представил проект, который был рассчитан на рост населения до 4,5 млн человек, а стоимость его осуществления оценивали в 2,4 млн фунтов стерлингов. В ходе консультаций и споров сумма проекта выросла до 5,4 млн фунтов.

 

 


«Великое зловоние»

Этот эпизод занял своё место в истории Лондона, достигнув апогея в июле и августе 1858 года. Годами Темза служила невольным хранилищем городских отходов, и кумулятивный эффект стал неоспоримо очевиден в период сильной жары, когда температуры достигли отметки 48°С в тени. Падение уровня воды в реке вскрыло берега, засыпанные отходами. Такое состояние сделало невозможным даже короткую прогулку по Темзе для королевы Виктории и принца Альберта, заставило парламент рассматривать вопрос о переезде из Вестминстерского дворца, а пресса ежедневно изливала возмущение по поводу «Великого зловония».

 

 

Кроме того, что это просто неприятно, смрад привёл к вспышкам эпидемий холеры и тифа: из Лондона стали массово уезжать, причём не только бедняки, но и зажиточные горожане. Палата лордов наконец решила действовать быстро и всего за 18 дней узаконила решение о строительстве системы канализации.

 

 


Как устроено индустриальное чудо

Так талантливый инженер Джозеф Базалгетт приступил к осуществлению своего плана, которое потом окрестят чудом индустриального мира. Из кирпичной кладки построили пять перехватывающих коллекторов: три на левом берегу, два — на правом. Два туннеля собирают воды и отправляют их к основным очистительным станциям — в Бектоне и Пламстеде. Благодаря этому отходы попадали в реку намного ниже по течению, вода в черте города стала чище. Официально канализацию запустили 4 апреля 1865 года, и событие было таким важным, что на открытии присутствовал сам принц Уэльский.

 

 

Справиться со смрадом получилось не сразу, строительство отводных коллекторов окончательно завершилось только в 1875 году. Уклон местности не позволял вывести сточные воды с помощью гравитации, потребовалось построить несколько канализационных насосных станций, которые стали настоящими достопримечательностями. Эбби Миллс (The Abbey Mills Pumping Station) на северном берегу и Кросснесс (Crossness Pumping Station) на южном были спроектированы архитектором Чарльзом Драйвером и получили статус памятников культурного наследия Англии.

 

 

Кроме того, строительство канализации подарило городу набережные Виктории, Челси и Альберта, которые построили, чтобы провести трубы по берегу Темзы.

 

Читайте также: Что такое информационный мусор и как не сойти с ума от него

 

 


Наши дни

Состояние Темзы беспокоит лондонцев и в наши дни, и жалобы на попадание сточных вод в реку звучат постоянно, поэтому строительство новой «суперканализации» Thames Tideway, начатое ещё в 2016 году, вызвало большую волну обсуждения в обществе. Десятки ливневых стоков соединят и отведут так, чтобы они попадали в 25-километровый туннель, который проходит под Темзой.

 

Строительство Thames Tideway. Фото: Afisha.London

 

Итак, проект стоимостью в 4,5 миллиарда фунтов стерлингов завершён почти на 90%, туннели заделаны, и испытания начнутся летом 2024 года. Кроме того, что это интересный проект с инженерной точки зрения и полезный для чистоты Темзы, он также скажется на инфраструктуре города: появится новая набережная Темсайд в районе Патни (Putney) и подземный «ботанический» сад.

 

Фото на обложке: Afisha.London / Midjourney

 

 

 


Читайте также: 

Великие британские современники: актёр Иэн Маккеллен

Артур Конан Дойл и его Шерлок Холмс: путеводитель по местам сыщика в Лондоне

Элегантность и страсть: академическая гребля в Англии

Array ( [related_params] => Array ( [query_params] => Array ( [post_type] => post [posts_per_page] => 5 [post__not_in] => Array ( [0] => 111455 ) [tax_query] => Array ( [0] => Array ( [taxonomy] => category [field] => id [terms] => Array ( [0] => 2349 ) ) ) ) [title] => Похожие статьи ) )
error: Content is protected !!